То есть существует определенный внутренний механизм, который оптимально просчитывает все варианты и выбирает наилучший из имеющихся. В таком случае мы говорим, что свободы воли нет, а есть механизм, есть заданные внутренние и внешние обстоятельства и свойства, и все рассчитано.

Что же тогда получается? Поскольку мы не знаем наших внутренних свойств и внешних обстоятельств, мы не ощущаем внутри себя четкой программы действий. В этом наша свобода.

Получается, что свобода – в недостатке информации? И это называется свободой – когда я не знаю, как поступить? Если бы я знал что-то одно, то поступил бы так, а если бы знал другое – поступил бы иначе. Так что же – отсутствие информации называется свободой? Разве это свобода? Наоборот – я нахожусь в плену неизвестных мне обстоятельств.

В чем же тогда свобода? А если бы я, как животное, абсолютно все знал о себе и окружающей действительности? Животное не знает больше меня, но у него нет сомнений: то, что знает – знает, и, исходя из этого, поступает. А у меня есть какая-то область неизвестного, скрытого: я «не читаю» другого человека. Животное точно знает другого, ощущает его и, исходя из этого, решает.

Я же не знаю окружающих, не знаю и себя – поэтому возникает пустота, недостаток информации. Это называется свободой? От чего я свободен? Это абсолютное незнание. У нас совершенно искажено понятие свободы. Если бы у нас были такие же обстоятельства, как у животных, мы были бы роботами. Мы и сейчас, может быть, роботы, только не понимаем этого.

Итак, нам надо выяснить, к чему относится эта категория – «свобода воли», что значит свобода. В итоге мы поймем, что свобода заключается только в том, чтобы быть подобными Творцу, что есть такое состояние, которое действительно можно называть «свободой».